Выдающиеся достижения До сих пор наше вни-мание было сосредоточено на нижнем полюсе изменчивости, т. е. на тех людях, которые вследствие сниженных умственных способностей с трудом приспосабливаются к требованиям общества. В своей классической статье «Наследственность таланта и характера» (1865 [248]) и в последующей монографии «Наследственная гениальность» (1869) Ф. Гальтон впервые описал людей, чьи достижения по стандартам их общества рассматривались как выдающиеся Эта работа представляет одну из двух парадигм генетики человека. Гальтон показал, что люди, которых в британском обществе считали выдающимися, имели среди близких родственников мужского пола во много раз больше знаменитостей, чем можно было бы ожидать при случайном распределении высокой одаренности. С тех пор неоднократно предпринимались попытки подтвердить наследование гениальности или особых талантов. Например, в качестве доказательства наследственной одаренности приводились родословные знаменитых музыкантов и ученых Баха, Дарвина, Гальтона или Бернулли; публиковались обширные статистические данные [2093]. Во всех подобных случаях, однако, тесно переплетены наследственность и влияние окружающей среды, и нельзя сделать определенных заключений относительно роли генетических факторов.

Изменчивость в пределах нормы: природа интеллекта. Для того чтобы определить относительный вклад наследственности и среды в нормальное поведение человека, было проведено множество исследований. Жизненные успехи, несомненно, зависят от ряда факторов, которые можно разделить на интеллектуальные и личностные. В течение длительного времени основным предметом исследования в психологии были индивидуальные различия в умственных способностях. Однако не так давно это направление подверглось жесткой критике. Чтобы лучше разобраться в этой полемике, мы должны рассмотреть историю изучения интеллекта и некоторые современные пред-ставления о нем [168].
Интеллект и его исследование с помощью тестов. Умственная отсталость и выдающиеся способности были определены с использованием социальных критериев: отсталостьто, что делает индивидов неспособными к независимой социальной адаптации (разд. 8.2.1.2), а выдающиеся способностите, которые дают возможность их обладателю считаться среди коллег по профессии лидером. Известно, что коэффициент интеллектуального развития или умственный возраст был введен Бине и использовался сначала как средство для распределения учащихся в школах и для классификации степени умственной отсталости. Таким образом, IQ представлял собой критерий для отграничения нормы от легких форм отсталости более четким, но и несколько более произвольным способом, чем независимая социальная адаптация. Говорят, что сам Бине был недоволен тем направлением, в котором стали развиваться впоследствии исследования с IQ: акцент сместился к классификации нормальных лиц в соответствии с их IQ. Важным событием, которое способствовало этому, была первая мировая война, предоставившая американским психологам возможность проверить большое число новобранцев.

Столь широкий масштаб испытаний потребовал отбора задач и вопросов, которые могли бы заставить отвечающих давать правильные или неправильные ответы, до-пускающие количественную оценку. Поскольку проверяющие не вступали в непосредственный контакт с испытуемыми, причины, вызывавшие неправильные ответы, не могли быть проанализированы. Качественные различия приходилось игнорировать. Набранные баллы стали самым важным [2221]. После первой мировой войны интерес к количественной оценке сохранился, а тесты стали более тонкими. Современная система испытаний умственных способностей включает тесты, которые оценивают способность оперировать словами и вербальными конструкциями, обращаться с абстрактными понятиями и математическими задачами и исследуют пространственное воображение и память. Такие тесты оказались очень полезными: несмотря на множество критических замечаний относительно их смысла, они давали довольно надежный прогноз успехов в школе, колледже и высшем учебном заведении.

Для успешной деятельности в определенных сферах, таких, как архитектура, инженерное дело, наука и медицина, минимальный IQ должен быть выше среднего уровня. Неспособность достичь IQ выше среднего уровня обладает прогностической ценностью и означает, что такие лица, повидимому, не будут успевать в средних и высших учебных заведениях, готовящих специалистов данной профессии. Однако познавательные способности, оцениваемые по тестам IQ, конечно, нельзя считать единственным критерием профессионального успеха.

Более ранние теоретические исследования пытались ответить на вопрос, является ли интеллект неким основным качеством, которое необходимо при выполнении всех конкретных задач, какими бы разными они ни были, или разные задачи требуют разных способностей. Одним из методов решения этого вопроса является факторный анализ. Корреляции между показателями по отдельным задачам исследовали на предмет выявления групп, которые, как предполагалось, указывают на такие основные способности. Данные устойчиво демонстрировали относительно высокие корреляции между решением отдельных задач, указывая на наличие генерального фактора «общего интеллекта» (g), влияющего на показатели выполнения всех тестов (Спирман). Многие считают, что в дополнение к этому фактору g для выполнения вербальных и математических заданий, а также для пространственного восприятия необходимы особые способности.

Растущее беспокойство психологов по поводу тестовых исследований интеллекта. Несмотря на бесспорный успех в предска-зании успеваемости, метод оценки интеллекта и понятие IQ вызывают растущее беспокойство психологов. Многие из них считают, что тест измеряет способность «разгадывать загадки», т. е. решать задачи, которые неинтересны сами по себе, но требуют некоторых специальных навыков чисто формального характера. Этим навыкам придается особое значение во всех системах обучения [2143]. Они необходимы также во многих профессиональных сферах, например во всех инженерных профессиях. Высочайшее умение разгадывать загадки необходимо для решения проблем в физических, естественных и общественных науках. Кун [257] даже охарактеризовал развитие науки как последовательное разгадывание загадок (см. Введение). Между тем проблемы повседневной жизни требуют «умного поведения в естественной ситуации», которое можно определить как «согласующееся с отдаленными и близкими целями индивида реагирование на текущие события и ситуации» [168]. Способности такого рода хуже оцениваются современ-ной системой тестов IQ. Жители Африки,которые никогда не контактировали с Западом, будут неадекватно отвечать на многие задачи теста.

Новые подходы к более глубокому пониманию человеческого интеллекта. Попытки лучше разобраться в том, как развивается разумное поведение и как формируются индивидуальные различия, предпринимались неоднократно. Мы не знаем, например, что собой представляют основные познавательные процессы, которые позволяют нам ориентироваться в окружающей обстановке. Насколько важны для этого кратковременная и долговременная память, или такие сложные явления как язык? Можно ли узнать что-то об этом, создавая компьютерные программы? Можно ли добыть соответствующую информацию, наблюдая индивидуальное поведение в естественных условиях [2017]? Многие исследователи в настоящее время подчеркивают важность взаимодействий внутренних и внешних факторов в индивидуальном развитии; психологи теперь находятся под влиянием данных Пиаже, показывающих, как дети постепенно осваивают логические понятия. Новые представления не отрицают практической ценности тестовых исследований интеллекта для предсказания успешности обучения, они подвергают сомнению пригодность тестов для сравнения групп людей.

Исследования семей и близнецов для оценки генетического вклада в нормальную измен-чивость интеллекта. Когда появились методы измерения интеллекта, первые исследователи в этой области попытались определить, влияют ли и в какой мере среда и наследственность на нормальную изменчи-вость. Дух времени до и после первой мировой войны во многом определялся евгеническим движением (разд. 1.8). На многих ученых произвела большое впечатление идея Гальтона о том, что интеллект можно измерить и что статистическое сравнение близких родственников может помочь разрешить старую как мир проблему взаимодействия природы и воспитания в становлении интеллекта. Когда Сименс [869; 870] в 1924 г. первым показал, как можно легко отличить МЗ близнецов от ДЗ (разд. 3.8), близнецовый метод был быстро освоен и стал излюбленным средством для этого рода исследований.

Успехи в обучении. С точки зрения тестирования интеллекта самый доступный материал школьные оценки. Их можно считать хорошим индикатором, поскольку обычно они показывают довольно высокую корреляцию с результатами определения IQ. Кроме того, школьные оценки обладают, возможно, даже большей валидностью, так как учителя наблюдают за учениками в течение длительного времени [2096]. Многие исследования выявляют сходство в школьных оценках учащихся, их родителей, сестер и братьев, что в целом согласуется с моделью мультифакториального наследования. Однако эти данные можно также объяснить и другим способом. Родители, которые сами хорошо успевали в школе, могут больше помочь своим детям либо прямо, давая советы при выполнении домашнего задания и поощряя успехи в школе, либо косвенно, обеспечивая большие возможности для тренировки познавательных способностей.

При изучении близнецов рассчитывают различить влияние среды и наследствен-ности, но эти исследования связаны с опре-деленными трудностями (см. разд. 3.8). Рис. 8.10 демонстрирует разницу в школьных оценках 60 МЗ и 41 ДЗ близнецовых пар из Германии [2045]. Различия между МЗ близнецами вдвое меньше, чем между ДЗ. Если эти результаты соответствуют истине, следует признать существенной генетическую компоненту в определении школьных успехов. Однако даже на этом, не слишком сложном уровне анализа справедливость такого объяснения ставится под сомнение другими данными. Например, в работе, выполненной в Финляндии, различия в школьных успехах между МЗ и ДЗ близнецами были выявлены только для мальчиков, но не для девочек [2096]. Может быть учителя относятся к девочкам иначе, чем к мальчикам? По-видимому, школьные оценки как критерий все-таки недостаточно надежны. Обманывать учителя, пользуясь своим сходством, довольно
аспространенная шутка среди МЗ близнецов. Можем ли мы с уверенностью утверждать, что они получают свои отметки независимо друг от друга? Очевидно, необходимы более объективные методы оценки.

Тестирование интеллекта в семьях и у близнецов. Генетические исследования интеллекта с помощью тестов проводились в очень широком масштабе. Бучар и МакГью [2006] суммировали результаты 111 исследований, содержащих характеристики 526 испытуемых различной степени родства, среди них в 47 группах сравнивали родителей с детьми, в 71 сравнивали сибсов, в 41-ДЗ и в 37-МЗ близнецов. Мы не будем детально обсуждать эти результаты, поскольку критический анализ последних лет выявил ряд ошибок и необъективность многих данных, свидетельствующих о высоком вкладе генетической компоненты в описываемую изменчивость [104, 2214].

Самые низкие корреляции получились у несвязанных родством лиц, а самые высокие у идентичных близнецов. Корреляции (от низких к высоким) располагались в следующем порядке: несвязанные родством лица родители и приемные дети родители и дети = сибсы ДЗ близнецы МЗ близнецы. Эти данные, несомненно, согласуются с предположением о том, что изменчивость, измеряемая показателями системы тестов IQ, имеет существенную генетическую компоненту. Вопрос состоит в том, можно ли с уверенностью исключить другие гипотезы? Прежде чем обсуждать разного рода мнения по этому вопросу, следует изучить распределение различий между МЗ и ДЗ близнецами, выявляемых обычно в таких исследованиях. На рис. 8.11 суммированы данные трех исследований. Очень сходные близнецовые пары встречаются, несомненно, чаще среди МЗ, чем среди ДЗ близнецов. Однако нельзя считать малочисленной и группу МЗ пар, партнеры в которых различаются. Эти данные показывают, что генетические факторы не могут быть целиком ответственны за обнаруживаемую в популяции изменчивость.
Оценки наследуемости. Понятие наследуемости было введено в разд. 3.6.1, где в качестве примера использован другой количественный и измеряемый признакрост. Мы сформулировали следующие положения.

1. При определенных допущениях из законов Менделя и Харди-Вайнбера можно вывести теоретические значения корреляции между родственниками. Наследуемость оценивают, сравнивая эти теоретические корреляции с эмпирическими. Следовательно, понятие наследуемости основано на менделевской генетике.
2. Оценка наследуемости представляет собой генетический анализ на фенотипическом статистическом уровне. Гены, определяющие измеряемый признак, идентифицировать нельзя, и невозможно сделать сколько-нибудь определенные заключения относительно типа наследования или способа их действия.
3. Даже точная количественная оценка наследуемости требует ряда допущений, которые в большинстве случаев не поддаются проверке по данным о человеке. К их числу относятся предположения о случайности браков по отношению к исследуемому признаку и отсутствие корреляции или взаимодействия между генетическими и средовыми влияниями. Метод можно усовершенствовать, рассматривая только подходящие браки или введя в расчет показатель, отражающий воздействие среды,-например, социоэкономический. Оценка такого показателя создает, однако, новые проблемы. Мы обсудим их подробно с учетом данных, полученных на близнецах, в приложении 6.

4. Объективная оценка наследуемости, основанная на результатах изучения близнецов теоретически невозможна. Су-ществуют три различных способа оценки: сравнение МЗ с ДЗ близнецами (h), при этом наследуемость завышается или занижается в зависимости от некоторых допущений; сравнение МЗ близнецов с контрольными парами, взятыми из близнецовой группы и подобранными по возрасту и полу (hi), этот способ переоценивает наследуемость, так как пре-небрегает корреляцией, обусловленной влияниями среды на МЗ близнецов; и наконец, расчет Af из коэффициента корреляции в пределах данного класса. Последний метод в большинстве случаев подходит меньше всего. Он может завышать или занижать наследуемость в зависимости от допущений относительно общих факторов среды у МЗ и ДЗ близнецов и от смещений, обусловленных распределением возрастов в близнецовой группе, различиями в социоэкономическом статусе МЗ и ДЗ близнецов и другими факторами. К сожалению, именно этот наименее адекватный метод _ почти всегда применялся для оценки наследуемости по близнецовым данным. 5. Недостаток близнецового метода состоит еще и в том, что к близнецам относятся как к безупречной во всех отношениях выборке из популяции, относительно которой делаются выводы. Однако беременность двойней, а также близнецовая ситуация в детстве и юности создают особые условия, которые могут влиять на результаты. Какие же можно сделать выводы из существующих данных при таких ограничениях?
Близнецовое исследование на шведских новобранцах. Хузен [721] обследовал все близнецовые пары Швеции мужского пола, рожденные в период между 1928 и 1933 гг. и призванные на военную службу между 1948 и 1952 гг. Таких пар оказалось 631, из них 215 МЗ и 416 ДЗ. Для обследования призывников была использована шведская серия тестов, которая включает ряд стандартных задач, таких, как поиск синонимов, различение понятий, дополнение матриц.

По группе в целом коэффициент корреляции составлял 0,90 для МЗ и 0,70 для ДЗ пар. Воспроизводимость показателей при повторном испытании составляла 0,92-0,93. Это означает, что различие между МЗ близнецами чуть больше, чем между двумя последовательными испытаниями одного и того же лица. В статье Хузена не содержится оценок наследуемости, поэтому мы даем их сами (табл. 8.6). На первый взгляд значения очень высоки. Однако корреляции между ДЗ близнецами тоже относительно высоки. Эти данные приводят к большому расхождению между h, с одной стороны, и h и h, другой. По результатам других авторов большинство корреляций между однополыми сибсами намного ниже. В шведской близнецовой группе, обследованной Хузеном с использованием предназначенных для школьников тестов, были получены величины корреляции между МЗ и ДЗ близнецами того же порядка, что и в исследовании новобранцев. Группа содержала 268 МЗ и 360 ДЗ пар школьного возраста.
Близнецы имеют более низкие показатели в тестах IQ, чем одиночно рожденные дети. В обоих шведских исследованиях получены и другие результаты, представляющие интерес. Средние показатели по тестам у близнецов были существенно ниже, чем у неблизнецов: у новобранцев это различие составляло около одной четверти стандартного отклонения; у школьников 12-13 лет оно было даже больше. Распределение показателей по одному из тестов (способность к чтению) у девочек представлено на рис. 8.12. В разд. 8.2.1.2 мы говорили о выявлении неожиданно высокой доли близнецов среди детей, посещающих специальные школы для умственно отсталых. Эта повышенная частота объясняется более низким средним уровнем IQ у близнецов. Отчасти это вызвано биологическими влияниями, главным образом внутриутробным «трансфузионным синдромом» МЗ близнецов (разд. 3.8.4) (его можно также обнаружить в случае смерти одного из близнецов) [2141]. Однако в исследовании Хузена ДЗ близнецы справлялись с тестами в среднем даже хуже, чем МЗ близнецы, что противоречит предположению о биологической природе причины. Возможная социоэкономическая альтернатива связана с тем, что вероятность рождения ДЗ, но не МЗ, близнецов увеличивается с возрастом матери. Возможно, что больше шансов родить ДЗ близнецов имеют не только более старые, но и более плодовитые матери (разд. 3.8.3). Хорошо известно, что в то время, когда родились исследовавшиеся Хузеном близнецы, женщины из более вы-соких социоэкономических слоев имели, как правило, меньше детей, чем женщины из слоев более низких. Последние, очевидно, в меньшей степени использовали средства для контроля рождаемости и больше полагались на «естественную плодовитость». Отсюда следует, что у них шансы иметь ДЗ близнецов были выше. Таким образом, ДЗ близнецы могли происходить в среднем из более низкой социоэкономической группы, чем МЗ близнецы и неблизнецовая популяция. Однако, какова бы ни была тому причина, индивиды из более низкого социального слоя обычно хуже справляются с IQ и когнитивными тестами. Существуют ли какие-либо объяснения для корреляций между близнецами, связанные со средой? ДЗ близнецы, будучи одного возраста, обычно проводят больше времени вместе и в большей мере подвергаются одинаковым воздействиям среды, чем сиб-сы разного возраста. Можно предположить, что сходство их показателей объясняется именно этим. Из ряда исследований [27] мы знаем, что МЗ близнецы связаны друг с другом сильнее, чем ДЗ: «они часто стремятся делать одно и то же, помогать друг другу, быть почти во всем похожими и не вступать в соревнование». Если МЗ близнецы действительно ведут себя столь отличным от ДЗ близнецов образом и если различия в поведении между ДЗ близнецами и генетически эквивалентными сибсами разного возраста служат причиной заметных различий в корреляциях их тестовых показателей, не следует ли и меньшее различие в показателях МЗ по сравнению с ДЗ близнецами отнести к их особым условиям жизни? Ответ на этот вопрос можно было бы получить, разработав такой эксперимент, который позволит отделить генетические влияния от особого воздействия близнецовой ситуации.

МЗ близнецы, воспитываёшиеся врозь. Теоретически идеальными пробандами для таких исследований являются МЗ близнецы, которых разделили сразу после рождения и воспитывали в различных условиях. Впервые соответствующие данные были опубликованы в 1922 г. Попеное [2159]; в 1925 г. о своих наблюдениях сообщил Мюллер [2139]. Несмотря на различные условия, близнецы Джесси и Бесси были очень похожи по уровню интеллектуального развития: их показатели оказались выше средних. С другой стороны, эмоциональный настрой и темперамент близнецов различались, что вполне правдоподобно могло объясняться их жизненным прошлым.

Совершенно очевидно, что обнаружить пары монозиготных близнецов, которые были бы с детства разлучены, очень трудно. Зарегистрировано всего 3 таких случая; о них сообщили в 1937 г. Ньюмен из США [152], в 1962 г. Шилдс из Великобритании [2195] и в 1965 г. Джуэль-Нильсен из Дании [2095] 1J

1) В литературе обычно упоминается еще одна работа К. Берта. Однако данные, приведенные в ней, не вызывают доверия.
Ньюмен с соавторами сравнили 19 МЗ пар, разделенных не позднее шестилетнего возраста, с 50 МЗ и 50 ДЗ парами, которые воспитывались вместе. Возраст испытуемых находился в пределах от 11 до 59 лет. Каждую пару подвергли тщательному биологическому и психологическому обследованию. В табл. 8.6 сопоставлены полученные оценки наследуемости с оценками из других работ (они пересчитаны из оригинальных результатов). Во всех трех группах наследуемость высока, хотя и не в той мере, как для МЗ близнецов, выросших вместе. Каковы причины этих различий? Нельзя ли связать их с известными факторами окружающей среды?

В работе Ньюмена различия в условиях воспитания близнецов оценивались пятью наблюдателями по 50-балльным шкалам, отдельным для образовательных, социоэкономических и физических (здоровье) показателей. Близнецы, которые учились дольше и имели лучшие показатели образования, имели, как правило, и лучшие показатели по тестам. Корреляция между показателями образования и IQ ( + 0,79) была значимой. Более низкая корреляция (+0,53) была обнаружена с социоэкономическими показателями и еще более низкая ( + 0,3) - с показателями здоровья. Рассказ об одном случае может проиллюстрировать различия, обусловленные окружающей средой. Элис и Олив родились в Лондоне и были разлучены в возрасте 18 месяцев. Приемные родители Элис жили в Лондоне; Олив взяли родственники, которые жили в маленьком канадском городке. Разлука длилась до восемнадцатилетнего возраста; исследование было проведено год спустя. Приемные родители Элис относились к нижнему уровню среднего класса; у них было четыре собственных дочери намного старше Элис. Она ходила в школу до 14 лет, а затем окончила 18-месячные курсы по делопроизводству и начала работать в конторе. Родители не могли уделять ей много внимания; качество школьного образования изза событий первой мировой войны также было довольно низким. Иначе сложилась жизнь у Олив. Она росла единственным ребенком в более состоятельной, чем у Элис, семье. Родители баловали ее; она посещала школу, окончила двухлетние коммерческие курсы, равноценные высшей школе, и работала служащей в конторе, как и ее сестра. У них обнаружено существенное различие в IQ: у Элис коэффициент составлял 84,9, а у Олив-96,9. Таким образом, у сестры, имевшей меньшие возможности для образования, был определенно более низкий показатель. Элис и Олив оказались очень близкими по темпераменту, хотя Олив была более активной и властной. В одной из глав своей книги Ньюмен часть различий в IQ объясняет тем, что этот тест предназначен для американских учащихся и поэтому «не совсем адекватен для английских девочек».

В своем исследовании Шилдс [2195] использовал только два коротких теста-вербальный и невербальный1. Расчет наследуемости (приложение 6) был затруднен отсутствием контрольных ДЗ пар; другие данные были пересчитаны.

12 близнецовых пар, исследовавшихся Джуэль-Нильсеном [2095], в период проведения работы находились в возрасте 22-77 лет. Их возраст при разлучении составлял от 1 дня до 53/4 лет. Они были протестированы с использованием I формы шкалы интеллекта Векслера-Бельвю и прогрессивных матриц Равена. Для обоих тестов между показателями близнецовых партнеров выявилось заметное сходство. Коэффициенты корреляции между показателями членов пары по шкале Векслера-Бельвю были следующими: по общему IQ = 0,62; вербальным тестам IQ = 0,78; по тестам праксиса IQ = 0,49. Показатели по Равену коррелировали с г = 0,79. Как объясняется в приложении 6, коэффициенты внутриклассовой корреляции являются по сути оценками наследуемости и, в частности, оценивают h. У девяти пар проверка интеллекта была проведена повторно; время между двумя исследованиями варьировало, средний период задержки составлял 12 месяцев, минимальный-6 месяцев для всех тестов. Корреляция между показателями первого и второго тестирования одного и того же лица (т.е. воспроизводимость при повторном тестировании) была меньше, чем различия между партнерами близнецовой пары. Это означает, что исследование выявило истинные различия в интеллекте между близнецами МЗ пары.

Вследствие дефицита информации по ДЗ контролям (такие контроли недостаточны в исследовании Шилдса и отсутствуют в работе Джуэль-Нильсена) наследуемость рассчитывали главным образом по коэффициентам внутриклассовой корреляции (Аз). Как объясняется в приложении 6, это может привести к завышению оценки h2 в случае, если опытная группа МЗ близнецов Х) Раздел синонимов (А) и словарной шкалы Милл-Хилла и тест Домино (невербальный).

содержит пары разного возраста и если оцениваемый признак зависит от возраста. На практике, однако, это не совсем верно кроме того, возрастные различия во всех трех группах раздельно воспитывавшихся МЗ близнецов были необычайно велики. Во всех трех исследованиях тестирование интеллекта проводилось только как часть более всесторонней оценки развития личности в связи с различиями окружающей среды. Авторы подчеркивают поразительное сходство результатов; наблюдаемые различия часто можно было достоверно объяснить соответствующей разницей в образовании.

Общие результаты исследований МЗ пар, воспитывавшихся раздельно. МЗ близнецы, воспитывавшиеся раздельно, демонстрируют сходство интеллектуальных качеств. Это сходство обнаруживается не только в детском или юношеском возрасте, но и в зрелые годы. Оно выше, чем нормальное сходство между сибсами или даже между ДЗ близнецами, воспитывавшимися вместе. Различия в социальном статусе в детском периоде, в образовательных возможностях и жизненном опыте в последующие годы до определенной степени воздействуют на интеллектуальные способности и в некоторых случаях создают заметные различия в них. В целом, однако, преобладает впечатление сходства. Заметим, что, хотя авторы всех трех работ остро осознавали недостатки своих исследований, в их статьях мы не найдем никакой озабоченности проблемами измерения наследуемости или количественной оценки относительного вклада наследственности и среды в изменчивость по-казателей тестов. Приведенные в табл. 8.6 оценки получены нами, а не авторами.

По нашему мнению эти работы свидетельствуют в пользу представления о том, что в современных популяциях таких стран, как Дания, Великобритания или Сое-диненные Штаты Америки (англоязычная популяция белых), за существенную часть вариаций в выполнении тестов систем оценки интеллекта ответственна генетическая изменчивость. Мы заявляем это, осознавая возможность целого ряда критических замечаний (см. также [2214; 2038]), в том числе следующих:

а) процесс отбора близнецовых пар в первых двух исследованиях [152, 2195] мог, с одной стороны, создавать крен в сторону большего сходства между близнецами и, с другой стороны, мог побуждать близнецов преувеличивать степень расхождения в информации, предоставляемой исследователям; б) некоторые из близнецовых пар, включенных в эти исследования, были разлучены так поздно, что общие влияния в раннем детстве могли сказаться на формировании их мственного склада; в) семьи, в которых они воспитывались,были в среднем больше похожи, чем случайные семьи; г) некоторые из близнецов, возможно, встречались в детстве в школе, например. В этом случае могли сработать механизмы взаимного опознания.Основываясь на этой критике, некоторые исследователи до сих пор отрицают какую-либо наследуемость IQ [104]. Мы, од-нако, находимся под впечатлением целого ряда данных, указывающих на то, что некоторые детерминанты IQ имеют генетическую основу. К сожалению, пока нет возможности точно оценить, в какой степени разнообразие интеллектуальных способностей в популяции определяется генетическими влияниями, и в какой-негенетическими. Всегда остается один довод против обобщения результатов исследований на близнецах, который состоит в том, что близнецы не являются случайной выборкой из популяции. Следовательно, необходимы другие подходы.
Исследования на приемных детях. Альтернативный подход к проблеме корреляции между переменными, измеряющими влияние генов и внешней среды,исследования на приемных детях. Предполагается, что для приемных детей влияния окружающей среды рандомизированы и остается только генетическая изменчивость родителей. У приемных детей можно сравнить генетическое влияние биологических родителей с влиянием среды в лице приемных родителей [2119].

Данные исследований приемных детей были рассмотрены в обзоре Лелина в 1980 г. [2119].
Самые ранние сообщения появились довольно давно-в 1920-1930-х гг. Когда их результаты были суммированы, оказалось, что корреляции IQ между усыновленными детьми и их приемными родителями существенно ниже, чем между теми же родителями и их собственными детьми. Поскольку эти данные по разным причинам подверглись критике, в 1970-х гг. были проведены три новых исследования. В них охвачено более 500 семей с приблизительно 800 приемными и 550 собственными (биологическими) детьми. Все три работы дали по существу одинаковые результаты: корреляции между усыновленными детьми и приемными родителями были ниже, чем между теми же родителями и их биологическими детьми (табл. 8.7). В целом корреляции оказались несколько ниже, чем в более ранних исследованиях; это обстоятельство убедительно объяснялось более ограниченной областью значений IQ в семьях, берущих на воспитание детей.
В одном случае приемных детей удалось сравнить с их биологическими матерями, с которыми они были разлучены после рождения. Корреляция оказалась удивительно высокой (0,32), что указывает на существенный вклад генетической компоненты.

Результаты исследований на приемных детях подвержены влиянию ряда субъективных факторов. С одной стороны, усы-новление происходит отнюдь не случайным образом. Соответствующие учреждения проявляют понятную склонность помещать детей в «подходящие» дома. С другой стороны, некоторые из этих детей первый (первые) год (годы) своей жизни проводят со своими биологическими матерями или в детских домах, что снижает влияние приемных родителей. Кроме того, семейные пары, желающие усыновить детей, не являются типичным образцом всех родителей в популяции; у них не только больший IQ, но и меньшая варианса [2038]. Это может приводить к более низким корреляциям вследствие чисто статистических артефактов [104; 2119].

В целом ограниченные данные, предоставляемые исследованиями на приемных детях, можно суммировать следующим образом. Генетическая изменчивость, а также факторы окружающей среды влияют на интеллектуальное развитие ребенка. Однако вклад этих влияний оценить нельзя.
Следует признать довольно печальным такой результат для исследований, которые потребовали так много сил, средств и времени. Они, однако, полезны в том отношении, что дают ценную информацию по социальным и психологическим аспектам усыновления.

Для того чтобы преодолеть некоторые методологические трудности и выяснить взаимодействие биологических и социальных факторов в наследовании IQ, в последние годы были выполнены две работы, основанные на разных подходах-применении более тонких статистических методов и включении в исследуемые группы родственников разной степени родства. Представители Бирмингемской школы сочли целесообразным использовать дисперсионный анализ [2087], а гавайская школаа нализ путей [139; 140] (см. также приложение 7). Оба направления подверглись суровой критике из-за множества допущений, которые были сделаны в соответствующих исследованиях.

Какие выводы относительно генетической изменчивости интеллекта в нормальных пределах можно сделать на основании имеющихся данных? Ответ короткий почти никаких. Если учесть, что при отборе групп, статистической оценке данных и интерпретации результатов существует некоторая необъективность, если принять во внимание достаточно достоверные предположения относительно влияния среды в лице биологических и приемных родителей или МЗ близнецов друг на друга, можно прийти к выводу, что генетическая изменчивость вообще не влияет на выполнение IQ [104], т.е. что наследуемость равна нулю или чрезвычайно низка [2214].

Это заключение не означает, что нулевая наследуемость есть наиболее вероятное решение вопроса. Интерпретация некоторых данных с различными скидками на возможные необъективные влияния привела других авторов к выводу о том, что наследуемость IQ может достигать 0,8 [2085; 2086]. Большинство ученых на просьбу дать предположительную оценку наследуемости назовет, вероятно, какие-то промежуточные значенияне столько в силу убежденности в справедливости каких-либо положительных данных, сколько из-за нелюбви к крайним точкам зрения.
Если одни и те же данные поддаются такому диаметрально противоположному истолкованию, реально существующий признак должен быть очень «неустойчивым». Как показало предшествующее обсуждение, в большинстве случаев для человека невозможна четкая экспериментальная ситуация. Генетические и средовые влияния в семьях связаны между собой, попытки разделить оба фактора путем исследования приемных детей наталкиваются на неслучайность усыновления. Живущие вместе МЗ близнецы влияют друг на друга непредсказуемыми путями, которые изменяются в зависимости от культурного окружения. Живущие врозь МЗ близнецы часто воспитываются в сходных по сути домах.

МЗ близнецы могут демонстрировать отклонения в развитии, обусловленные особенностями беременности двойней.
Весь подход к измерению интеллектуальных способностей и к определению вклада генетических и средовых факторов в их разнообразие оставляет нас неудовлетворенными. Почему? Как генетики мы интересуемся в конечном счете анализом на уровне отдельных генов. Отсутствие таких данных выдвигает на первый план противоположность двух подходов: биометрического, основанного Гальтоном, и концепции гена, данной Менделем. В течение длительного времени генетический анализ интеллекта рассматривался многими исследователями как та область, в которой гальтоновская парадигма одержала свои наиболее впечатляющие победы, в то время как анализ, предложенный Менделем, казался обреченным на провал. Недавняя дискуссия, которая началась с работы Иенсена по групповым различиям обучаемости [2085], обнажила слабые места биометрического подхода столь беспощадно, что трудно представить, как он это выдержит. С другой стороны, исследования генетической изменчивости в других, более легко доступных областях генетики человека, а также в популяционной генетике других видов выявило поразительную важность генетической изменчивости в популяциях (разд. 6.1). Например, не менее одной трети исследованных до сих ферментов крови обнаружи-вают генетический полиморфизм, и обычно нормальные варианты демонстрируют слабые функциональные различия в пределах нормы [1787]. Исследования генетических основ обычных заболеваний, а также недавние достижения фармако- и экогенетики все чаще демонстрируют влияние такой нормальной генетической изменчивости на состояние здоровья индивида в условиях изменяющейся окружающей обстановки. Мы утверждаем, что генетическая изменчивость биологических факторов, влияющих на интеллект и другие аспекты поведения человека, повидимому, столь же распространена. Однако фенотипическое ее выражение может быть более сложным, чем для соматических признаков. Неопределенность результатов исследований, направленных на выявление такой генетической изменчивости, может быть вызвана, по крайней мере отчасти, недостаточностью методов исследования, а не слабыми генетическими влияниями на интеллект. Сможет ли менделевский подход вознагра-дить нас за затраченные усилия? Обсуждение этого вопроса мы отложим до последующих разделов.

Столкновение двух концепций в психологии [2152]. Биометрический подход, связанный с именем Гальтона, отнюдь не безоговорочно принимался психологами, имеющими дело с проблемами генетической изменчивости поведения человека в общем и интеллекта, в частности. Его недостатки обсуждались десятилетиями. Более того, неоднократно предпринимались попытки идентифицировать специфические детерминанты интеллекта [2062]. Такие попытки удавались только частично, вот почему крайне необходима существенно большая работа в этом направлении.
Исследование IQ и политика. Сторонники определенной научной парадигмы часто образуют группировки, члены которой разделяют убеждения, прямо не связанные с научным содержанием этой парадигмы. Иногда они пытаются социально отделиться от членов других группировок, объединенных конкурирующими идеями. Принимая во внимание общие знания из области социальной психологии, не слишком удивляет, что такие тенденции ведут к тому, что члены своей группировки отождествляются с «хорошими парнями», а члены другой порицаются как «плохие парни» реакционеры, сторонники авторитарной власти, антисоциальные и в общем дурные люди. Это в свою очередь приводит к предложениям ограничить определенные виды исследований, а на несколько менее «академическом уровне» к физическим угрозам в адрес некоторых ученых или к уничтожению результатов их исследований.

Несмотря на то что в научном плане мы согласны с критикой биометрического подхода, хотим подчеркнуть, что являемся горячими противниками такой политики. Работа, которая была проделана в недавние годы по теоретическому осмыслению и эмпирическому анализу в контексте биометрической парадигмы [2086], принесла пользу. Она выяснила внутренние возможности этого подхода и (главным образом неумышленно) обнажила его ограничения.